МИНИСТЕРСТВО ПО РАЗВИТИЮ ИНФОРМАЦИОННЫХ
ТЕХНОЛОГИЙ И КОММУНИКАЦИЙ РЕСПУБЛИКИ УЗБЕКИСТАН
ТАШКЕНТСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ИНФОРМАЦИОННЫХ
ТЕХНОЛОГИЙ
С.Х. АБДУЛЛАЕВА
РАЗВИТИЕ ЛУЧШИХ ТРАДИЦИЙ ПОЭЗИИ ВОСТОКА В ТВОРЧЕСТВЕ ЗАХИРИДДИНА МУХАММАДА БАБУРА
ТАШКЕНТ – 2016
Утверждено Решением Научно-методического совета Ташкентского университета информационных технологий от 12 мая 2016 г. (протокол № 9 (90))
Составитель АБДУЛЛАЕВА С.Х.
Рецензенты:
к.ф.н., доц. Сыздыкбаев Н., УзГУМЯ
ст. пр. Гаюбова К., ТУИТ
Абдуллаева С.Х.
Развитие лучших традиций поэзии Востока в творчестве Захириддина Мухаммада Бабура./ Учебное пособие для проведения духовно-просветительской работы среди студентов бакалавриата./Ташкент, 2016. 82 стр.
Введение
Данное пособие, посвященное жизни и творчеству Захириддина Мухаммада Бабура, освещает историю народов Средней Азии конца XV- начала XVI вв. В пособии отражены некоторые сведения об истории, географии, этнографии, изложенные в произведении “Бабур-наме”.
“Бабур-наме” посвящено политическому укладу стран Средней Азии, и в то же время в нем собрано множество бесценного материала из социально-экономической жизни народов, затрагиваются вопросы морали, этики, нравственности и другие аспектов эпохи Бабура. Что, несомненно, вызывает уважение и почитание как явление культуры. Усваивая опыт многовековой культуры своей страны и человечества, мы можем успешно ориентироваться в информационном пространстве. Наследие Бабура представляет собой одну из ярких страниц литературы народов Востока.
Часть I
Захириддин Мухаммад Бабур – выдающийся деятель науки и культуры Востока
Бабур
– старший сын владетеля Ферганского удела Омар Шейха Мирзы – родился 14 февраля
1483 г. в Андижане в разгар междоусобной борьбы различных тимуридских
правителей в Средней Азии и в Хорасане за передел обширной территории
созданного Тимуром государства.
В 1494 г. Омар Шейх Мирза скончался, и 12-летний Бабур был объявлен государем Ферганы. В последующие годы Бабур упорно стремился создать в Мавераннахре, т. е. на территории между Амударьёй и Сырдарьёй, крупное централизованное государство, но его планы не увенчались успехом.
Как известно, Мухаммед Шейбани-хан, предводитель кочевых узбеков, умело воспользовавшись неурядицами и политическими междоусобицами среди правителей Мавераннахра, Ферганы, в 1504 г. овладел Самаркандом, Андижаном, затем Ташкентом и вынудил Бабура покинуть пределы Ферганы и обосноваться в Кабуле и Бадахшане.
Неоднократные попытки Бабура (в 1505—1515 гг.) вернуть «наследственные владения» государства Тимуридов оканчиваются полной неудачей, и Бабур обращает своё внимание на Индию. Ряд походов не принёс успеха, и лишь в 1526 г., разгромив в битве при Панипате, к северу от Дели, войска делийского султана Ибрахима Лоди, Бабур стал правителем Северной Индии, основал империю Бабуридов.
В своей столице Агре Бабур собрал вокруг себя немало выдающихся писателей, поэтов, художников, музыкантов, учёных, которым оказывал большое внимание.
Как известно, в конце 913 г. х. (1508 г.) Шейбани-хан выступил из Самарканда в Герат, чтобы захватить Хорасан — владения Султан Хусейна Мирзы, который внезапно появился в окрестностях Серахса и двинулся по направлению к Герату. Сыновья Султан Хусейна Мирзы, Бади’аз-Заман и Музаффар Мирза, не смогли сопротивляться такому сильному врагу, каким был Шейбани-хан, и Герат вскоре был захвачен. Именно в это время правитель Кандагара послал Бабуру в Кабул послов, приглашая его в Кандагар. Бабур же, поверив его словам, выступает из Кабула и появляется в г.Келате. Вскоре он узнаёт, что правители Кандагара, Шах-бек и Муким Аргун, не только не сдержали своего слова о приглашении его в Кандагар, но всячески отрицали, что вообще писали ему письмо с приглашением. Как он пишет, они прислали ему в Келат «грубый ответ». Тогда Бабур выступает из Келата в Кандагар и в бою за Кандагар одерживает победу. Отдав управление Кандагаром своему брату Насыр Мирзе, сам Бабур отправляется обратно в Кабул. Таким образом, укрепив свой тыл.
По пути в Хиндустан войско Бабура остановилось у перевала Бади-Пич. Здесь Бабур решил увековечить историю прохождения через перевал и попросил Мирак Юсупа вырезать на камне историю перехода его войска через этот перевар, а уста Шах Мухаммед исполнил дело резчика.
Однако, чтобы окончательно закрепить победу в Панипате, Бабуру пришлось продолжать свою политическую борьбу, а также вести такую внутреннюю политику, которая завоевала бы ему симпатии и расположение жителей городов и деревень Индии. Одним из проявлений такой политики было издание указа об отмене налога тамги, взимаемого с торговли.
Как известно, сравнительно стабильным в политическом отношении стало положение в Индии после третьего сражения Бабура при Гогре, которое произошло 6 мая 1529 г. и завершилось полной победой Бабура и крупным поражением афганских и бенгальских феодалов. Битва при Гогре была третьей и последней победой, которая сделала Бабура полным хозяином Северной Индии.
Несмотря на очень краткое по времени правление в Индии (1526—1530 гг.), Бабур сумел в некоторой степени объединить феодально-раздробленную страну и провести в жизнь такие важные мероприятия, как упорядочение земельно-водных отношений и налоговой системы. По его приказу благоустраивались мечети, сооружались здания различного назначения, строились бани, рылись колодцы и т.д. В крупных городах Индии — Дели, Агре, Лахоре, Девалпуре Бабуром были заложены сады и парки с декоративными растениями. Характерно то, что при планировке садов Бабур применял среднеазиатскую систему чарбаг. Из «Бабур-наме» становится известно, что в 1526 г. в Панипате Бабуром в честь победы над Ибрахимом Лоди был разбит большой сад, именуемый Кабул-бахтом, который, по-видимому, был первым его сооружением на территории Индии. В садах, разбитых в Индии, Бабур впервые применил опыт по выращиванию среднеазиатских дынь и винограда (в Индии до сих пор выращивается сорт винограда под названном ангури самарканди, т. е. самаркандский виноград).
В Индии Бабур постоянно стремился укрепить торгово-экономические связи со Средней Азией, Афганистаном и Ираном, которые были прерваны после поражения Бабура в 1511 г. в битве с Убайдуллаханом у Кули Малик, неподалёку от Бухары. Специальный фирман (указ) Бабура об измерении расстояния между Агрой и Кабулом, о благоустройстве караван-сараев, постройке специальных колодцев на торговых магистралях, заготовке фуража и съестных припасов для путников был издан с целью подъёма товарооборота страны, нормализации системы внешних сношений с другими странами.
Бабур испытывал чувство безмерной любви к своей родине, Средней Азии, Афганистану, который стал для него второй родиной. Он всегда жил надеждой вернуться домой.
Однако Бабуру так и не удалось осуществить свою мечту. Довольно подробные сведения о последних месяцах жизни отца оставила в своей книге «Хумаюн-наме» дочь Бабура, Гульбадан-бегим. Бабур, спасая тяжело заболевшего сына Хумаюна, согласно обряду три раза обошёл вокруг ложа больного, говоря при этом, что берет на себя болезнь Хумаюна. Вскоре Хумаюн стал поправляться, а Бабур, заболев, слег и через три месяца скончался. Такова романтическая версия гибели Бабура, оставленная потомкам его дочерью.
Часть II
Бабур-Наме (Записки Бабура)
Захир
ад-дин Мухаммед Бабур — автор замечательного произведения «Бабур-наме» —
«Записки Бабура» занял видное место среди выдающихся деятелей науки и культуры
средневекового Востока. Талантливый писатель, ценитель искусства, литературы и
науки, оригинальный мемуарист, Бабур, обладая широким кругозором и пытливым
умом, оставил значительный след во многих областях жизни народов Средней Азии,
Афганистана и Индии.
Благодаря своим выдающимся способностям, Бабур вошел в историю не только как полководец и правитель — основатель династии Бабуридов в Индии, но также как ученый и поэт оставивший богатое творческое литературное и научное наследие и в области мусульманской юриспруденции. Его перу принадлежат оригинальные лирические произведения (газели, рубаи), трактаты по мусульманскому законоведению («Мубайин»), поэтике («Аруз рисоласи»), пушке, военному делу, а также специальный алфавит «Хатт-и Бабури».
Однако центральное место в творчество Бабура занимает бесценный литературный памятник прозы на узбекском языке — его исторический труд «Бабур-наме», Книга была завершена в Индии, она носит в основном автобиографический характер и отражает историю народов Средней Азии, Афганистана и Индии в конце XV —начале XVI вв.
По совокупности сведений и их достоверности «Бабур-наме» является самым важным и ценным историко-прозаическим трудом, не имеющим себе равных среди аналогичных сочинений, написанных в средние века в Средней Азии, Иране, Афганистане и Индии.
По богатству и разнообразию материала, по языку и стилю «Бабур-наме» стоит выше любой исторической хроники, составленной придворными летописцами и того времени. Не удивительно поэтому, что в разные времена труд этот привлекал пристальнейшее внимание ученых всего мира.
Роль и место научного и литературного наследия Бабура в культурной жизни Средней Азии и Индии поистине огромны. Бабур, являясь одним из лучших Представителей сложившейся в Средней Азии феодальной культуры, внёс значительный вклад в развитие индо-мусульманской культуры и, прежде всего, среднеазиатской и индийской историографии.
По своему объёму и значению, однако, первое место в научном наследии Бабура занимает «Бабур-наме» — своеобразный человеческий документ, составленный на основе его тонких наблюдений за окружающим миром. В нём подробно описана политическая обстановка, царившая в Средней Азии, Афганистане и Северной Индии на рубеже XV—XVI вв. Как литературный и исторический памятник для изучения феодальных отношений в Средней Азии, Афганистане и Индии в конце XV и начале XVI вв. «Бабур-наме» не имеет себе равных и по степени состоятельности содержащихся в этой книге сведений.
«Бабур-наме» состоит из трёх частей. Первая её часть посвящена описанию политических событий в Мавераннахре в конце XV в. Вторая часть охватывает события, происходившие на территории Афганистана, которая в эпоху Бабура была известна как Кабульский удел. В последней, третьей части, описываются политические события в Северной Индии, географические данные страны, её природные особенности, содержатся интересные сведения о народах, населявших эту страну.
Автор «Бабур-наме» с присущей ему откровенностью описывает имеющую место анархию среди правящих кругов — феодалов, их беспрерывную борьбу за власть, приводит факты опустошения земледельческих оазисов, увеличения (поземельного и других налогов, сбор которых весьма участился в годы смуты во владениях последних тимуридов – в Хорасане и Мавераннахре.
Благодаря «Бабур-наме» мы узнаём об имевшем место в г. Самарканде страшном голоде в дни осады его Шейбани-ханом в 1501 г. Когда Шейбани-хан – предводитель кочевых узбеков, совершив несколько нападений на г. Самарканд установил там свою власть, а позже покорил Фергану. Бабур был вынужден покинуть пределы своего родного края и отправиться в Кабул. Все эти события с подробным описанием тех мест, где приходилось скитаться Бабуру в дни его неудач в борьбе за власть в Мавераннахре, описаны в первой части «Бабур-наме», охватывающей события 1483—1504 гг. Правдивость сведении Бабура подтверждают историки того времени: Хондемир, Мухаммед Хайдар, Мухаммед Салих. Бейнаи и другие. Сам Бабур пишет; «... всё, что здесь написано, истине, и цель этих слов не в том, чтобы похвалить себя, — все, действительно было так, как я написал. В этой летописи я вменил себе в обязанность, чтобы каждое написанное мной слово было правдой и всякое дело излагалось так, как оно происходило.
За время жизни в Кабуле Бабур хорошо ознакомился с обычаями, нравами жителей страны, которые были оседлыми земледельцами и кочевниками-скотоводами и говорили на различных языках племён и народностей, обитающих на обширных территориях. Он изучил караванные дороги, соединяющие крупные города страны, и в каждом случае со всеми подробностями описал их во второй части своей книги.
Третья, последняя часть «Бабур-наме», охватывает события 1525—1530 гг. Она более подробна, чем предыдущие. Бабур в этой части книги проявил себя незаурядным историком народов Индии описываемой эпохи. Обширность его познаний в области истории, экономики и культуры народов Индии превзошла данные большинства индо-мусульманских историков его времени, уступая только Абу Райхану Беруни.
«Бабур-наме», хотя и посвящена политической истории вышеназванных стран I на рубеже XV—XVI вв., однако изобилует также бесценными материалами из социально-экономической жизни народов, затрагивает вопросы морали, этики, нравственности и другие аспекты современной автору эпохи.
«Бабур-наме» содержит многочисленные сведения о литературной среде самого Бабура. На основе этих сведений можно воссоздать биографии многих малоизвестных поэтов того времени, живших в Средней Азии, Афганистане и Индии и писавших свои стихи на персидском, а также узбекском языках. В книге много ярких, с большим остроумием набросанных словесных портретов целого ряда его современников — государственных деятелей, поэтов, художников, музыкантов.
Очень образно дан творческий портрет великого поэта Алишера Навои. Благодаря этим описаниям, до нас дошли подробности его многогранной научной и литературной деятельности. К творчеству поэта Бабур относился чрезвычайно уважительно, преклонялся перед его гением.
По описанию Бабура, Алишер Навои не только талантливый поэт и учёный, но и тонкий дипломат, меценат науки и культуры своей эпохи.
Бабур
свидетельствует, что в литературной жизни Хорасана и Мавераннахра роль и
влияние Алишера Навои были огромны. «Бабур-наме» содержит также ценные
сведения в целом о культурной жизни Хорасана, Мавераннахра, Ирана, Афганистана
и Индии на рубеже XV = XYI вв.
С большой любовью пишет Бабур также о Самарканде и его округах. По его словам, в обитаемой части земли мало городов таких приятных, как Самарканд. В книге описаны многочисленные крупные постройки, сады и бани Самарканда. Автор не только описывает их, но и приводит данные об истории их создания, зачастую называет имена тех, кому принадлежала идея возведения этих построек, имена известных мастеров и зодчих того времени.
Бабур не мог упустить из виду описание обсерватории Улугбека, которой он восторгался, отмечая совершенство этого сооружения, его уникальность. Обсерватория была воздвигнута у подножья холма Кухак, оснащена специальным инструментом для наблюдения за светилами. «Улугбек мирза написал в этой обсерватории «Гургановы таблицы», которыми пользуются теперь во всём мире, — пишет Бабур.
Небезынтересны описания Бабура г. Герата, который он считал «великолепным городом». После смерти султана Хусейна Мирзы Бабур приехал в Герат и остановился в доме Алишера Навои; находился он там всего в течение 20 дней.
Характеризуя Кабульский удел, говорит, что это горная страна. К северо-востоку от Кабула тянутся горы Гиндукуш – одна из величественных горных систем мира, пересекавшая всю территорию страны с востока на запад. Знаменитые перевалы Хавак и Шиберту служили важнейшими пограничными районами между Кабульским уделом Бабура и соседними владениями.
В «Бабур-наме» нашли прекрасное отражение описания природы, фауны и флоры Средней Азии, Афганистана и Индии; его географические, топонимические, этнографические наблюдения Афганистана и Индии настолько точны в образны, что они по своему значению ни в коей мере не уступают данным известных европейских путешественников XIV – XX вв., а напротив, во многих случаях даже превосходят их более подробным и достоверным изложением. Он пишет: «Андерабские, Хостские и Бадахшанские горы все покрыты арчой, изобилуют источниками и поднимаются полого; трава на горах, на холмах и в долинах одинаковая, хорошая. Больше всего там травы буте-ках. Это очень подходящая для коней трава...» «... горы Ниджрау, Ламганата, Баджаура и Савада – это горы, где много сосны, пинии, дуба, маслины и мастикового дерева».
Бабур, подробно описывая Хиндустан, восхищается его природой, сравнивает многообразные черты этой страны со своей родной Средней Азией: «Это удивительная страна; в сравнении с нашими землями это иной мир. Горы, реки, леса, города, обрасти, животные, растения, люди, язык, дожди и ветры – все там не так, как у нас. Хотя жаркие области, прилегающие к Кабулу, кое в чем сходны с Хиндустаном, но в других отношениях они не сходны: стоит лишь перейти реку Синд, как земли и вода, и деревья, и камни, и люди, и обычаи – все становится таким же, как в Хиндустане».
Бабур в своей деятельности постоянно преследовал цель благоустройства подвластных ему крупных городов Индии. Планировка и архитектура общественных и частных построек, их внешнее оформление и интерьер, имея очень много общего со среднеазиатским стилем, органично сочетались в то же время с индийской формой и стилем, что привело к соприкосновению двух культур — иидийской и среднеазиатской. Процесс этот получил свое дальнейшее развитие при приемниках Бабура, что особенно заметно в стиле крупных зданий, сооруженных в Северной Индии его потомками. Джавахарлал Неру в своем труде «Открытие Индии» отмечал, что «после прихода Бабура в Индию произошли большие К сдвиги и новые стимулы вдохнули свежесть в жизнь, в искусство, архитектуру, а другие отрасли культуры пришли в соприкосновение». Этот вывод крупнейшего государственного деятеля Индии, блестящего учёного, каковым являлся Дж.Неру, полностью подтверждается данными исторических источников, написанные в Средней Азии и Индии в средние века («Тарих-и Рашиди», «Хумаюн-наме», «Тарих-и Хумаюи-шах», «Акбар-наме», «Табакати-Акбари», «Тарих-и Фери шта», «Джахангир-наме»).
Однако не только взаимопроникновение и взаимовлияние двух культур — Средней Азии и Индии — характерно для времени правления в Индии Бабура, а и известная трансформация некоторых феодальных институтов, присущих обеим странам в средние века (например, институты Тархан, Суюргал и др.). Все это хорошо отражено в «Бабур-наме».
Как известно, на рубеже XV — XVI вв., особенно в первой четверти XVI в., в Северной Индии полностью дестабилизировалась государственная налоговая система, в результате чего резко ухудшилось положение народных масс. По мнению индологов разных стран, в то время в Индии отсутствовало земельно-налоговое законодательство. (Единственное упоминание о том. что во время правления Ибрахима Лоди (1517 — 1526 гг.) был издан фирман о сборе налога только зерном имеется в «Тарих-и Дауди» Отсутствие земельно-налогового законодательства и некоторые другие социально-экономические факторы натолкнули Бабура на идею написать сочинение, где были бы изложены основные нормы мусульманского закона. Так появился его следующий труд под названием «Мубайин» (1521 г.), написанный в стихах на староузбекском языке. Третья глава этой книги, озаглавленная «Китаб ат-закат», полностью посвящена налоговой системе Средней Азии, Афганистана и Индии.
Бабур рассматривал своё сочинение как руководство для управления государством, положения которого должны были способствовать не только значительной стабилизации государственной налоговой системы, но как результат — улучшить положение народных масс и оградить их от бесчинства феодалов. Это сочинение Бабур посвятил сыну Хумаюну — своему наследнику, будущему второму правителю Индии в 1530—1556 гг.
Это произведение Бабур написал на староузбекском языке (тюрки). Как свидетельствуют исторические первоисточники, написанные в Индии в средние века, в этот период была заметна роль староузбекского языка — языка Алишера Навои, Бабура и его преемников. Староузбекский язык, наряду с персидским языком (дари) и языком урду, играл значительную роль в развитии искусства и литературы Индии в XVI — XVII вв. и занимал почётное место. Многие представители исторической науки и литературы из числа ближайшего окружения Шабура - Ходжа Калан, Шейх Зайн, Турдибек Хаксар, Байрвм-хан и другие писали свои труды также на староузбекском языке. На староузбекском языке были написаны не только «Бабур-наме» и трактат «Мубайин», но и стихотворный диван, условно названный нами «Индийским диваном», составленный самим Бабуром, хранящийся в настоящее время в Рампуре в библиотеке индийского навоба.
Самарканд
В обитаемой части земли мало городов таких приятнқх, как Самарканд. Город Самарканд, а всю область называют Мавераннахр. Так как ни один враг не захватил Самарканд силой и победой, то его называют «[город], хранимый [Аллахом]».
Самарканд построен Искандером; пароды моголов и тюрков называют [его] Симизкенд. Тимур бек сделал Самарканд [своей] столицей; раньше Тимур бека ни один государь столь великий, как Тимур бек, не объявлял Самарканд столицей. Я приказал обмерить шагами поверху внутреннюю стену крепости — вышло десять тысяч шестьсот шагов.
К востоку от Самарканда — Фергана и Кашгар, к западу — Бухара и Хорезм, к северу — Ташкент и Шахрухия, которые называются [также], Шаш и Бинакет, к югу — Балх и Термез. Река Кухак течет к северу [от Самарканда], от Кухака до Самарканда будет куруха два. Между этой рекой и Самаркандом находится холм, называемый Кухак; так как река течет под этим холмом, то ее называют река Кухак.
Зима в Самарканде весьма холодная, хотя там снег выпадает не такой, как в Кабуле Летом погода Хорошая, но не такова, как в Кабуле. В Самарканде и его пригородах много строений и садов [времен] Тимур бека и Улуг бек мирзы.
В Самаркандском арке Тимур бек воздвиг большое строение в четыре яруса, Кок-Сараем называется. Очень высокая постройка. Еще, близ ворот Ахании, внутри крепости, он поставил соборную мечеть, каменную. Больше всего там работало каменотесов, приведенных из Хиндустана. На переднем своде мечети [выведен] стих Корана: «И вот воздвигает Ибрахим основы...» и так далее до конца написан такими большими буквами, что его можно прочесть на расстоянии куруха. Это тоже очень высокое здание.
Еще к югу от Самарканда сад Баг-и Чинар, он недалеко от крепости. В нижней части Самарканда находятся сад Баг-и Шимал и Баг-и Бихишт.
Внук Тимур бека, сын Джехангир мирзы, Мухаммед султан мирза построил во внешнем укреплении за самаркандской стеной медресе. Могила Тимур бека и могилы тех из его сыновей, которые царствовали в Самарканде, находятся в этом медресе.
Из построек Улуг бек мирзы внутри крепости [сохранились] медресе и ханака. Купол ханаки — очень высокий купол; во всем мире показывают не много таких высоких куполов.
В Самарканде есть высокая постройка Улуг бек мирзы — обсерватория у подножья холма Кухак, где находится инструмент для составления звездных таблиц. В ней три яруса. Улуг бек мирза написал в этой обсерватории «Гургановы таблицы», которыми/ теперь пользуются во всем мире.
По-видимому, во [всем] мире было построено не больше семи или восьми обсерваторий. Из них одну обсерваторию устроил халиф Ма’-мун в ней написали «Ма’муновы таблицы».
Самарканд — удивительно благоустроенный город. У этого города есть одна особенность, которая редко встречается в других городах: для каждого промысла отведен отдельный базар и они не смешиваются друг с другом. Это прекрасный обычай. Есть там хорошие пекарни и харчевни.
Лучшая бумага в мире получается из Самарканда, вся вода для бумажных мельниц приходит с Кан-и Гила. Кан-и Гил находится на берегах Сиях-Аба, этот ручей называют также Аб-и Рахмат. Еще один самаркандский товар — малиновый бархат. Его вывозят во все края и страны.
Фергана
Фергана — небольшая область, хлеба и плодов там много. Вокруг Ферганы находятся горы: с западной окраины, где Самарканд и Ходженд гор нет; зимой ни с какой стороны, кроме этой, враг не может пройти.
Река Сейхун, известная под названием Воды Ходженда, приходит в Фергану с северо-восточной стороны; пройдя через эту область, она течет на запад, проходит севернее Ходженда и южнее Финакета, который теперь более известен под название Шахрухии, потом снова уклоняется на север и течет в Туркестана; значительно ниже Туркестана эта река, не сливаясь ни с какой [другой] рекой, вся впитывается в песок и [исчезает].
В Фергане семь городов; пять из них — на южном берегу реки Сейхун, два — на северном берегу.
Одни из городов на южном берегу — Андиджан, который находится посредине. Это — столица области Ферганы. Хлеба там много и плоды изобильны, дыни и виноград хороши; во время созревания дынь [из-за обилия] не в обычае продавать их с бахчи, груш лучше андижанских не бывает.
В Мавераннахре, кроме Самарканда и Кеша, нет крепости больше Андиджана. В городе трое ворот, арк Андиджана находится на южной стороне. Вода поступает [в город] по девяти каналам; [самое] удивительное, что она [потом] не выходит ни в одном месте.
Вокруг крепости, с внешней стороны рва, большая дорога, вымощенная щебнем; крепость везде окружают пригороды, отделяемые от крепости рвом, по краю которого тянется большая дорога.
Дичи там много, фазаны неимоверно жирны; рассказывали, будто четыре человека, приступив к фазану с приправой, не могут его прикончить.
Жители Андиджана — все тюрки; в городе и на базаре нет человека, который бы не знал по-тюркски. Говор народа сходен с литературным; сочинения Мир Алишера Навои, хотя он вырос и воспитывался в Герате, [написаны] на этом языке.
Среди
жителей Андиджана много красавцев; Ходжа Юсуф,
который известен в музыке,— андиджанец.
Еще один город — Ош. Он стоит к юго-востоку [более – к востоку] от Андиджана, в четырех йигачах пути; воздух там прекрасный, проточной воды много; очень хороша бывает весна. О достоинствах Оша дошло много преданий.
К юго-востоку от крепости стоит красивая гора, называемая Бара-Кух. На вершине этой горы Султан Махмуд хан построил худжру. Ниже ее, на выступе горы, я тоже построил в девятьсот втором году худжру с айваном. Хотя его худжра стоит выше моей, но моя расположена много лучше: весь город и предместья расстилаются под нею.
Река Андиджана, пройдя через предместья Оша, течет в Андиджан. На обоих берегах этой реки раскинулись сады, все сады возвышаются над рекой. Очень красивы в них фиалки.
В Оше есть текучая вода, очень хороша там бывает весна: расцветает много тюльпанов и роз. У подошвы горы Бара-Кух, между горой и городом, стоит мечеть, называемая мечетью Джауза. По склону горы течет большой ручей. Внешний двор мечети несколько покатый, там есть приятная, тенистая лужайка, поросшая трилистником; каждый путешественник и странник, проходя, отдыхает там. В Оше существует такая забава: на всякого, кто заснет на лужайке, пускают воду из этого ручья.
Еще один город – Маргинан, к западу от Андиджана в семи йигачах пути. Это хороший город, полный всякой благодати. Гранаты и урюк там обильны и хороши. Есть один сорт граната, который называют донакалан; в его сладости чувствуется легкий приятный [кислый привкус] абрикоса. [Этим гранатам] можно отдать предпочтение перед семнанскими гранатами.
Имеется там еще сорт урюка, из которого вынимают косточки, [а вместо них] кладут внутрь [плода] ядрышки и сушат; называют его субхани, он очень вкусный.
Дичь там хорошая; белые кийики попадаются близко.
Жители Маргинана — сарты; это драчливый и беспокойный народ. Обычай драться на кулаках распространен в Мавераннахре; большинство знаменитых кулачных бойцов в Самарканде и в Бухаре — маргинанцы.
Еще один город — Исфара. Он стоит в предгорье. Там есть проточные каналы и приятные сады. [Исфара] находится к юго-западу от Маргинана, между Маргинаном и Исфарой девять йигачей пути. Плодовых деревьев там много, но в садах преобладают миндальные деревья.
Все жители Исфары — сарты и говорят по-персидски. В одном шери к югу от Исфары среди холмов лежит глыба камня, называемого Санги-и Айна. Длиной [камень] будет приблизительно в десять кари, высотой же в иных местах — в рост человека, где ниже — человеку по пояс. Все вещи отражаются в нем, как в зеркале.
Исфара — гористая область из четырех булуков. Один называется Исфара, другой — Варух, третий — Сух и четвертый — Хушьяр. Когда Мухаммед Шейбани хан, разбив Султан Махмуд хана и Алача хана, взял Ташкент и Шахрухию, я вступил в эту гористую местность Суха и Хушьяра; терпя лишения, я провел там около года, затем направился в Кабул.
Еще один город в Фергане — Ходженд. Он расположен от Андиджана на запад в двадцати пяти йигачах пути; от Ходженда до Самарканда тоже двадцать пять йигачей пути. Это один из древних городов; из него [происходят] Шейх Масла- хат и Ходжа Камал.
Плоды там очень хороши, ходжендские гранаты славятся своим прекрасным качеством. Как говорят: «самаркандские яблоки», так говорят: «ходжендские гранаты». Но в настоящее время маргинанские гранаты [считаются] много лучше.
Крепость Ходженда стоит на возвышенном месте. Река Сейхун течет мимо Ходженда с северной стороны, на расстоянии полета стрелы от крепости. К северу от крепости и реки стоит гора, называемая Муту-Гил; говорят, на этой горе находятся бирюзовые месторождения и другие рудники; на горе много змей.
В Ходженде есть прекрасные места для охоты на зверей и птиц. Белые кийики, олени, бугу-маралы, фазаны и зайцы водятся там во множестве. Воздух в Ходженде очень гнилостный, осенью многих лихорадит. Рассказывали, будто даже воробьев лихорадило. Говорят, что воздух там гнилостный из-за гор на северной стороне.
Одно из подчиненных Ходженду [местечек] — Канд-и Бадам. Это, правда, не город, но хорошенький городок. Миндаль да в нем превосходен; по этой причине [Канд-и Бадам] и назван таким именем. Весь его миндаль идет в Хурмуз и в Хиндустан. От Ходженда [Канд-и Бадам] находится в пяти-шести йигачах к востоку
Хиндустан
Хиндустан – обширная, густонаселенная и плодородная страна. На востоке, на юге и даже на западе они доходит до океана; на севере возвышаются горы, примыкающие к Хиндукушу и горам Кафиристана и Кашмира. К северо-западу от Хиндустана находятся Кабул, Газни и Кандахар; столицей всего государства Хиндустана считается [город] Дихли. После Султан Шихаб ад-дина Гури и до конца царствования Султан Фируз шаха большая часть Хиндустана была подвластна дихлийским султанам. В то время, когда я завоевал Хиндустан, в Хиндустане правило пять мусульманских государей и двое кафиров. Хотя в горах и лесах властвовало много больших и малых раев и раджей, но значительными и независимыми являлись лишь следующие.
Во-первых, то были афганцы, во власти которых находился столичный город Дихли; они захватили область от Бхиры до Бихара. Джунпур до афганцев принадлежал Султан Хусейн Шарки; этих правителей [хиндустанцы] называют Пураби. Их предки состояли кравчими у Султан Фируз шаха и султанов его дома; после Фируз шаха они овладели царством Джунпур. Дихли была тогда в руках Султан Ала ад-дина, род которого принадлежал к сейидам. Когда Тимур бек захватил Дихли, он передал власть над этим городом предкам Ала ад-дина и ушел. Султан Бахлул Лоди, афганец, и его сын, Султан Искандер захватил столичный город Дихли и столичный город Джунпур; оба города сделались столицей одного и того же государя.
Вторым [мусульманским правителем] был гуджератский Султан Музаффар. За несколько дней до моей победы над Султан Ибрахимом он ушел из нашего мира. Это был весьма правоверный государь, любовь к науке у него тоже была; он читал хадисы и постоянно переписывал Коран. Эту династию называют Танк: их предки тоже подносили питье Султан Фирузу и другим султанам из его семьи. После Фируз шаха они овладели областью Гуджерата.
Третьи [правители] — это Бахманиды в Декане, но в настоящее время у деканских султанов не осталось ни силы, ни значения. Все их владения захватили в свои руки знатные беки; если правителям что-нибудь нужно, они просят это у беков.
Четвертым правителем был Султан Махмуд в области Мальва. Эту династию называют Хилджи. Рана Санка, кафир, разбил их и захватил большую часть их ладений. Эти правители также ослабли. Их предки принадлежали к числу питомцев Фируз шаха; после его смерти они захватили область Мальва.
Пятый правитель — Нусрат шах, в Бенгалии. Отец его был государем Бенгалии, он был сейид и носил прозвище Султан ала ад-дин. Власть досталась Нусрат шаху по наследству. В Бенгалии существует удивительный обычай: власть редко переходит в этой стране по наследству. Государю там назначен престол, каждому эмиру, вазиру и должностному лицу также присвоено определенное место. Для жителей Бенгалии имеет значение только этот престол и эти места. К каждому месту прикреплены и определены зависимые и подчиненные ему нукеры, слуги и прислужники. Когда душа царя пожелает кого-нибудь назначить или сместить, то к тому, кто садится на чье-либо место, переходят покорные и послушные нукеры и слуги, приставленные к этому месту. Эта особенность присуща даже престолу самого государя. Всякий, кто убьет прежнего правителя и найдет возможность занять престол, становится государем; эмиры, вазиры, войско и народ оказывают ему повиновение и покорность и считают его таким же государем и властелином, как предыдущего государя. Бенгальцы говорят: «Мы соблюдаем верность престолу; всякому, кто сидит на престоле, мы покорны и послушны».
В Бенгалии существует еще один обычай: тот, кто становится государем, считает совершенным стыдом и позором тратить и расходовать казну прежних государей; сделавшись правителем, всякий должен собирать новую казну. Накопление казны считается в народе той страны славным и достойным делом.
Есть там еще и такой обычай: все траты на содержании казны, конюшен, царя и султанов покрываются доходами с определенных, искони назначенных уделов; поступления из других мест расходовать на это совсем нельзя.
Хиндустан лежит в первом, втором и третьем климате; в четвертый климат эта страна не входит. Это удивительная страна; в сравнении с нашими землями это иной мир. Горы, реки, леса, степи, города, области, животные, растения, люди, язык, дожди и ветры — все там не так, как у нас.
Большая часть областей Хиндустана лежит в равнине. Хотя в Xиндустане много городов и областей, но почти нигде нет каналов с проточной водой; текучая вода имеется только в реках. Кое-где скопляется стоячая вода.
Хотя в некоторых городах есть возможность вырыть арыки и провести воду, ее все-таки не проводят. Это можно объяснить многими причинами. Во-первых, поля и сады Хиндустана совершенно не нужно поливать. Осенний урожай орошается дождями в дождливое время; удивительно, что и весенний урожай всходит даже в том случае, если дождей нет. Для поливки молодых деревьев до года или до двух лет поднимают воду колесом или ведрами; позднее поливать их совершенно не нужно.
В Хиндустане запустение или благоустроение местечек, деревень и даже городов происходит мгновенно. Если жителям большого города, в котором они обитали много лет, приходится бежать, то все убегают за один день или за полтора дня, не оставляя после себя ни следа, ни признака; если же они вздумают основать город, то им нет надобности копать арыки и строить плотины, так как все их посевы не требуют поливки, а людей у них – без конца. Собралась толпа, устроили водоем или вырыли колодец, а строить дома и возводить стены не нужно: хворосту много и деревьям нет числа. Настроили шалашей и тотчас появился [новый] город или деревня.
Большинство жителей Хиндустана — язычники; хиндустанцы называют язычников хинду. В нашей стране только те, кто кочует в степях, именуют себя по названию племени; в Хиндустане оседлые жители областей и деревень тоже именуются по племенам. Всякий ремесленник перенимает там ремесло от отцов и дедов.
Хиндустан — малоприятное место. Народ там некрасивый, хорошее обхождение, взаимное общение и посещение им не известны. [Большой] одаренности и сметливости у них нет, учтивости нет, щедрости и великодушия нет. В их ремеслах и работе нет ни порядка, ни плана: шнур и угольник им не известны. Хорошей воды в Хиндустане нет, хорошего мяса нет, винограда, дынь и хороших плодов нет, льда нет, холодной воды нет, на базарах нет ни хорошей пищи, ни хорошего хлеба. Бань там нет, медресе нет, свечей нет, факелов нет, подсвечников нет.
В жилищах хиндустанцев нет приятного воздуха, красоты и порядка. Крестьяне и мелкий люд ходят совсем голые, они [только] подвязывают одну вещь, [которую называют] лангута; это — короткая тряпка, свисающая на два кариша ниже пупка. Поверх короткой тряпки носят другую тряпку, которую привязывают к завязке этой лангута, пропускают между бедрами и прикрепляют сзади к завязке лангута. Женщины тоже надевают длинный ланг; половину они повязывают вокруг пояса, половину набрасывают себе на голову.
Кабул
В Кабуле можно найти товары из Хорасана, Ирака, Рума и Чина; это как бы торговая гавань Xиндустана.
Жаркая и холодная полосы области Кабула [расположены] близко друг от друга. Из Кабула можно за один день пройти в такое место, где никогда не идет снег; за два звездных часа дойдешь до такого места, где снега никогда не становится, меньше, хотя иногда бывает и такое лето, что снега [и там] не остается. Плодов из жаркой и холодной полосы в местах, прилегающих к Кабулу, множество. Из плодов из жаркой и из холодной полосы в Кабуле и ближних селениях бывает много винограда, гранатов, урюка, яблок, айвы, груш, персиков, слив, миндаля, орехов
Злаки в Кабуле нехороши, но если семена хорасанские, то, в общем, они всходят недурно. Воздух там очень приятный, такого хорошего воздуха, как в Кабуле, сколько известно, нет больше нигде в мире. Летом по ночам нельзя ложиться без шубы; зимою, хотя снега падает очень много, чрезмерных холодов не бывает. Самарканд и Тебриз тоже славятся хорошим воздухом, но там бывает уже слишком холодно.
Зимой на четыре-пять месяцев все дороги закрыты, кроме дороги через Шиберту; пройдя этот перевал, идут через Аб-Дара. Летом, когда вода прибывает, положение на этих дорогах такое же, как зимой, ибо дороги в руслах рек, вследствие высокой воды, непроходимы; если, не идя вброд, вздумают пройти горами, то переход труден. Три или четыре месяца осенью, когда снега мало и вода стоит низко, — [лучшее] время идти этими дорогами. В горах и в ущельях попадается немало нечестивых разбойников.
Дорога со стороны Хорасана идет через Кандахар; эта дорога ровная и на ней нет перевалов.
Со
стороны Хиндустана идут четыре дороги. Одна дорога идет через Ламганат. На
этой дороге в Хайберских горах есть небольшой перевал. Другая дорога идет через
Бангаш, третья — через Нагзи, еще одна — через Фармул; на этих дорогах тоже
есть невысокие перевалы. Путешествующие по этим дорогам переходят реку Синда
у трех переправ. Те, которые перешли ее у переправы Нил-аб, идут через
Ламганат; зимой они переходят реку Синда и реку Кабула выше слияния реки Кабула
с рекой Синда. Двигаясь с войском в Хиндустан, я чаще всего пользовался этими
переправами; в тот раз, когда я пришел, разбил и взял в плен Султан Ибрахима, и
завоевал Хиндустан, я переправился у Нил-аба на баржах. Кроме как в упомянутых
местах, через реку Синда нельзя нигде переправиться без барж.
Путешественники, переходящие у переправы Динкут, идут через Бангаш: те, что переправляются у Чалпара, если они идут через Фармул, попадают в Газни, а если пойдут через Дашт, то придут в Кандахар.
В Кабульской области живут различные племена. В долинах и равнинах живут аймаки, тюрки и арабы; в городе и некоторых деревнях живут сарты, в других деревнях и областях обитают [племена] Пашаи, Параджи, Таджики, Бирки и Афгани. В горах Газни живут племена Хазара и Никудери; среди хазарейцев и никудерийцев некоторые говорят на могольском языке.
В горах к северо-востоку находятся селения кафиров, например, Катур и Гибрик; на юге — поселения афганцев.
В Кабульской области говорят на одиннадцати или двенадцати языках: арабском, персидском, тюркском, могольском, индийском, афганском, пашаи, параджи, гибри, бирки, ламгани. Ни в какой другой области, насколько известно, не живет так много различных племен, говорящих на разных языках.
Кабульская область лежит в горах; горы там — это как бы мосты, покрытые клевером. Населенные места разбросаны среди них. Кииков и дичи там мало. Когда осенью и весной красный киик, т. е. архар-гальча, тянется на зимние и летние пастбища, он идет по определенным дорогам; йигиты с соколами и собаками сторожат на этих дорогах и ловят кииков.
Весной в Кабуле есть много мест для охоты на птиц. Большинство перелетных птиц пролетают вдоль берегов реки Барана, так как на востоке возвышаются горы, на западной стороне — тоже горы, а прямо напротив, там, где тянутся берега реки Баран, находится большой перевал через индукуш; другого же перевала вообще нет. По этой причине все птицы пролетают в том месте. Если дует ветер или над перевалом Хиндукуша немного облачно, птицы не могут лететь и все садятся на берегах Барана. В эту пору жители тех мест ловят много уток.
В конце зимы на берега Барана прилетает много уток, они очень жирные. Позднее там попадается бесчисленное множество больших птиц — журавлей и цапель. По берегам Барана на журавлей ставят сети и ловят сетями много птиц, аистов, цапель и пеликанов тоже ловят веревками во множестве. Ловля этих больших птиц — нечто необычное. Способ их ловли таков: вьют тонкую веревку длиной в полет стрелы, к одному концу веревки прикрепляют дротик, к другому концу прилаживают кольцо из рога, потом берут палку толщиной в кисть руки и длиной в один кариш и наматывают веревку до конца на эту палку, начиная с той стороны, где стрела. Когда веревку всю намотают на палку, к [свободному] концу крепко прикрепляют [роговое] кольцо, затем эту палку толщиной в кисть руки вынимают из веревки, так что моток веревки оказывается полым.
Кольцо надевают на руку и бросают стрелу навстречу летящей птице, стрела попадает птице в крыло или в шею, веревка обвивается вокруг нее и птица падает. Все жители Барана ловят таким способом много птиц, но только такая ловля очень трудна. Для этого подходят дождливые темные ночи; в такие ночи птицы из-за хищников и диких зверей до рассвета не знают покоя и все время летают, причем летают низко; в темные ночи дорогой для птиц служит текущая вода, ибо в темноте видно, как она течет. От страха птицы до рассвета летают взад и вперед над водой, то выше, то ниже; в это время и бросают веревку. Я раз ночью бросил такую веревку; веревка разорвалась, а птицы не нашли. К утру птицу на обрывке веревки нашли и принесли. Таким способом люди на Баране ловят много цапель. Султаны на шапки делают из перьев цапли. К числу кабульских товаров, идущих в Ирак и Хорасан, принадлежат такие султаны.
Там существует целый отряд рабов-охотников, их две или три сотни семейств; один из потомков Тимур бека привел этих рабов из окрестностей Мультана. [Единственное] дело и занятие этих рабов — ловить птиц; они выкапавают пруд, втыкают в дно много жердей, раскидывают [на жердях] посреди пруда сеть и ловят всевозможных птиц. Не только эти охотники ловят птиц; все люди, живущие на берегах Барана, бросают веревку, раскидывают сети и всякими способами ловят птиц и притом всевозможных.
В это время года по реке Барану идет рыба. Сетями и плетенками ловят много рыбы. Осенью берут десять или двенадцать вязанок [растения] кулан куйруги и двадцать-тридцать вязанок кук-шибака, приносят к верховьям реки, мелко рубят и бросают в воду; едва их туда бросят, рыба, вошедшая в реку, пьянеет, и ее начинают ловить. Ниже в подходящем месте ставят плетенки. Плетенки связывают таким образом: из ивовых прутьев в палец толщиной плетут нечто вроде решетки. Эту решетку ставят в виде воронки в таком месте, где вода течет вниз, и кладут вокруг нее камни, так что вода с шумом падает на решетку и, падая, устремляется дальше. Вода уходит вниз, а рыба остается в решетке; оглушенную рыбу подбирают сверху. Такими решетками ловят много рыбы; на реках Гульбахара, Парвана и Исталифа ловят рыбу таким способом
Часть III
В своих скитаньях ни на час я радости не знал!
Бабур придавал большое значение правописанию, стилистике и произношению. В одном из писем на имя Хумаюна, отправленном в Кабул, он делает ему резкие замечания за грамматические ошибки и сложный стиль письма. Он пишет: «Почерк твой, правда, можно прочесть, если потрудиться, но очень неясен, а никто еще не видел муамма (загадки – С. А.) в прозе. Правописание у тебя неплохое, но и не очень правильное: ты пишешь «илтифат» через «та», а «куландж» через «я» . Почерк твой хоть и с трудом, все-таки читается, но смысл не вполне можно понять из-за неясных слов. И ленишься буквы выводить ты, наверное, думая: «Напишу поизысканней!» и потому получается темно. Впредь пиши проще, ясным и чистым слогом: и тебе меньше будет труда и тому, кто читает».
Сам Бабур в «Бабур-наме» последовательно придерживался этого принципа, написав свой труд простым, общедоступным языком, избегая при этом все формы изысканного стиля.
Изучение отдельных дошедших до нас исторических первоисточнике» свидетельствует о том, что староуэбекский язык играл заметную роль не только в области культурной жизни Индии в эпоху Бабур вдов, но в отдельных случаях употреблялся как официальный язык в оформлении важных государственных документов.
Из Никоновской летописи известно, что в 1532 г. в Москву с грамотой Бабура из Индии прибыло посольство с предложением «быть в дружбе и братстве». Эта грамота Бабура, к сожалению, не сохранилась. Известно также, что в период царствования Михаила Федоровича, первого представителя династии Романовых (1613—1645 гг.), по Волге в Россию отправились индийские купцы. Появление в Астрахани в XVII в. новых индийских колоний способствовало установлению постоянных русско-индийских связей. Наибольший интерес представляет русская торговая экспедиция во главе с купцом Семёном Маленьким в 1695 г. Эта экспедиция дошла до Дели и получила возможность свободно торговать в Индии привезенными товарами. На обратном пути руководитель экспедиции Семён Маленький умер, но тем не менее, великолепный по оформлению фирман, выданный Аурангзебом, и часть товаров, закупленных Маленьким в Индии, были доставлены в Москву.
Этот документ как свидетельство установившихся тесных торгово-экономических и дружеских связей между Россией и Индией дошёл до наших дней, а подлинник его хранится в Москве в Центральном архиве МИД России. В сборнике документов «Русско-индийские отношения в XVII в.» опубликована фотокопия фирмана с переводом на русский язык. Фирман этот очень интересен по содержанию и по форме, он является единственным известным фирманом XVII в., написанным на староузбекском языке в Индии. Наличие фирмана Аурангзеба служит ещё одним подтверждением того, что узбекский язык, применявшийся Бабуром в Индии, просуществовал там вплоть до конца XVII в. и не только как язык поэзии, но в некоторых случаях — и как официальный государственный язык.
Пакистанский учёный Мухаммед Сабир попытался выявить обратный процесс, т. е. степень заимствования Бабуром в «Бабур-наме» из языка урду. Согласно его исследованию, отдельные слова и названия предметов на языке урду значительно превалируют в последней части «Бабур-наме», чем в предыдущих частях. Все это ещё и ещё раз служит свидетельством имеющего место взаимовлияния и взаимосвязи двух культур и литератур народов Средней Азии и Индии
Роль Бабура в развитии узбекской поэзии и языка в Индии значительна. Его поэтические произведения, написанные на узбекском языке, получили достойное признание в трудах учёных мира.
Вся жизнь моя прошла в различных
огорчениях, в мухах.
И эта драгоценная жизнь почему (так)
бесцельно прошла в лишениях и муках
Жизнь, не растраченная в Самарканде,
Герате в наслаждениях и утехах,
Была загублена в Агре в стенаниях и муках.
Некоторые факты, приведенные в «Бабур-наме» при списании событии 1528 г., передают эту мысль. Поистине а Индии Бабур жил надеждой вернуться на родину при любом удобном случае. 22 ноября 152S г. в письме, адресованном Хумаюну, которое он отправил через своего посланника Биен-шейха из Агра, он писал, что после известия о победе войска иранского шаха Тохмаспа над войсками узбеков в Герате, он дал указания Камран мирзе присоединиться с кабульским беком к Хумаюну и совместно выступить в поход против Балха, Хисара и Самарканда; и «если, по милости божией, области Балха и Хисара удастся захватить, то пусть твой человек останется в Хисаре, а в Балхе пусть будет человек Камрана. Если же, по милости божией, Самарканд также будет завоеван, то в Самарканде сиди ты сам, а область Хисара, я, с волей Аллаха, сделаю государственной землей». Согласно «Акбар-наме», Бабур писал Хумаюну, как упоминает об этом индийский профессор Мухиб-ул-Хасан, что он готов был покинуть Индию с целью осады Самарканда, а в это время его сыновья, Хумаюн и Камран, одновременно должны были организовать наступление на Самарканд со стороны Кабула и Хиндукуша.
Дж. Неру верно отмечал, что при жизни в Индии Бабур тосковал по снегам и ледникам северных гор, по мясной пище, по цветам и фруктам Ферганы, но говорил все-таки, что Хиндустан необыкновенно красивая страна.
Хотя Бабур в своих «Записках» не упоминает о желании вернуться на родину, это его стремление не вызывает сомнения. Так, в письме, адресованном Ходжа-Калану в Кабул в 1528 г., он писал: «... мое стремление направиться в те края беспредельно и безгранично. Обстоятельства в Хиндустане начинают некоторым образом приходить в порядок... По упорядочению этих дел мы, с божьей помощью без промедления выступим в Кабул».
Творчество Бабура многогранно и весьма богато, личность его многозначна. Бабур был человеком своей эпохи, видным, предприимчивым представителем своего класса. Вполне закономерно поэтому, что его государственная деятельность в Средней Азии, Афганистане и в Северной Индии была направлена прежде всего на усиление устоев феодального общества, укрепление господствующего положения крупных феодалов, власть которых опиралась на жестокую эксплуатацию народа. Эта сложность характера Бабура, его противоречивость нашли отражение и в его труде «Бабур-наме». Но вместе с тем Бабур являлся одним из лучших представителей среднеазиатской феодальной культуры, он внёс значительный вклад в развитие культуры народов Востока. Дж. Неру в своей книге «Открытие Индии» писал: «Бабур был обаятельной личностью, типичным государем эпохи Возрождения, смелым, предприимчивым человеком, он любил искусство, литературу, любил наслаждаться жизнью...».
В лирике Бабура особое место занимает тема родины. В его стихотворениях, особенно в четверостишиях, с большой впечатляющей силой выражены тоска по родине и беспредельная любовь к ней.
Ты на чужбине – и забыт, конечно, человек!
Жалеет только сам себя сердечно человек.
В своих скитаньях ни на час я радости не знал!
По милой родине скорбит извечно человек.
***
Чужбина – клетка, в ней постыло все, немило,
Давно моя душа, как птица, загрустила.
Что претерпел я здесь, мне трудно описать:
Смывают слезы глаз с лица письма чернила.
***
Нет родины и счастья боле нет,
И ничего уж, кроме боли, нет.
Я в этот край пришел своею волей,
Его оставить силы воли нет.
***
На чужбину заброшен, жестокой судьбой угнетенный
Прошу:
Помяни хоть в молитве меня – от тебя отлученный,
Прошу.
Беззаветнось любви, безграничную верность тебе
Доказав,
Только памяти доброй твоей, злой разлукой казненный
Прошу.
Если в бездну страдания ввергнул меня мой китайский
Кумир,
Вся надежда на бога – и воли его благосклонной прошу.
Мне в разлуке ни радости нет, ни забвенья хотя бы на миг.
Без любимой не жизни, а смерти, смертельно
Влюбленный, прошу.
Моему кипарису привет от Бабура снеси, ветерок.
Прах пред ним поцелуй – так я, заживо здесь
Погребенный, прошу.
***
Коль вспомнишь обо мне в разлуке добрым словом,
Недужного меня ты сделаешь здоровым.
Для этого тебе я и пишу письмо,
На мой далекий зов и ты откликнись зовом.
***
О ветер, ты за день весь облетаешь свет,
Лети в ту землю, где я не был много лет.
Кто позабыл меня, тех не тревожь напрасно,
Кто помнит обо мне, тем передай привет.
***
На плечи взвалит мне свой тяжкий гнет разлука.
Сто горестей, сто бед мне принесет разлука.
Передо мной запрет к любимой вход разлука,
Меня согнет, спаси, меня убьет разлука!
***
Доколь в разлуке злой все ночи до утра
Мне говорить с тобой лишь языком пера?
Ты – там, я – здесь, с тобой я жажду встречи новой,
Нам встретиться, мой друг, поговорить пора.
***
В разлуке грусть моя огромною была,
Скорбящая душа бездомною была,
От жарких слез моих, от дыма горьких вздохов
Дорога хлюпкою, ночь темною была.
***
Нет родины и счастью боле нет,
И ничего уж, кроме боли, нет.
Я в этот край пришел своею волей,
Его оставить силы воли нет.
***
В степях чужой страны запутаны дороги.
Мне не по силам путь: мои ослабли ноги.
Спасибо хоть за то, что вести о тебе
Приходят в этот край, врачуя все тревоги.
***
Нет родины и счастья боле нет,
И ничего уж, кроме боли, нет.
Я в этот край пришел своею волей,
Его оставить силы воли нет.
***
Уж лучше совершить тяжелых сто грехов,
Принять сто тяжких мук, сто обрести врагов,
Чем, став ослушником, родителя обидеть,
Чем не прийти к нему в тяжелый час на зов.
***
Чужбине заплатил своей кровью дать я.
Мое лицо давно покрыла пыль изгнанья.
Мне страшно расспросить о том, как ты жила,
Мне страшно говорить и про свои страданья.
***
Ты на чужбине – и забыт, конечно, человек!
Жалеет только сам себя сердечно человек.
В своих скитаньях ни на час я радости не знал!
По милой родине скорбит извечно человек.
***
Услышав голос этого певца,
В слезах былое вспомнили сердца.
Что ж, имена столь близкие услышав,
Вы моего не вспомните лица?
***
Вселенная, Бабур, несла нам столько зла –
Уже терпенья нет, а бедам нет числа.
Таков удел души в несовершенном мире,
Где нас со всем родным разлука развела.
***
Взимает небосвод сплошную дань скитаний,
Однако не уймет сердечной боли давней.
Хотел бы я понять, что замышлял господь:
Страданья – для меня, меня ли – для страданий?
***
Страною правя, чти людей труда,
От них не отделяясь никогда.
Забудь свои пристрастья и обиды,
Внимай их бедам, а не то – беда.
***
Что ни день, лихорадит меня, исцелиться едва ль!
Что ни ночь, мне не спится; зачем я пришел в эту даль?
Жар мой, сон мой с печалью и стойкостью схожи:
Убавляется стойкость моя, прибывает печаль.
Часть IV
Любить, страдать навечно…
Основу поэзии Бабура составляют стихи любовно-лирического содержания. Одной из важных сторон его творчества является воспевание подлинно человеческой, земной, реальной любви. Лирика поэта пропитана вдохновенной поэзией Алишера Навои. В своих газелях и рубаи он поднимает такие проблемы человеческих отношений как любовь, дружба, стремление к прекрасному. Земную любовь поэт воспевает как самое высокое человеческое достоинство.
Бабур утверждает, что ради свидания с возлюбленной он готов вынести любые трудности. Без своей возлюбленной он не представляет себе жизни. С большой искренностью поэт выражает готовность пожертвовать ради любви самим собой, всем смех существом.
Без луноликой не светло от солнечного света,
Насладок сахар без нее, чья сладость мной воспета.
Без тонкостанной — кипарис мне грудь стрелой пронзает.
Везрозоликой — нет у роз ни запаха, ни цвета
Что стану делать я в раю? Хочу быть с нею рядом.
Зачем же мне другой приют в садах другого света?
Пусть голову нее из-за нее, тебе, Бабур, отрубит.
Но невозможно оторвать от милой сердце это!
(Перевод Р.Д. Морана».
Любовь для Бабура — верность, преданность, благородство и человечность. Он ставит ее превыше всего: богатства, общественного положения и всех земных благ. Поэт в своих совершенных газелях создает образ прекрасной возлюбленной, наделяя ее небывало красивой внешностью, богатым внутренним содержанием, духовным совершенством. При этом он умело использует оригинальные художественные средства.
Мне красавица эта, чья плоть так нежна, — нужна.
Словно солнце, чьим светом душа зажжена, нужна.
Мне, упавшему ниц, не михраба священный свод —
Эта бровь, что искусницей насурмлена, нужна.
С головою, о сердце, простись, - иль влюбленных путь
Обходи, коль тебе непременно она нужна.
Всякий павший к ногам ее, может к устам припасть,
Коль ему лишь могила для вечного сна нужна.
Что с того, что с тобой неприветливы все, Бабур?
Ведь тебе лишь улыбка подруги одна нужна.
(Перевод Р. Я Морена),
Воспевая искренние чувства любви, утверждая земную человеческую любовь, Бабур подвергает резкой критике ханжество фанатичных шейхов и аскетов, фактически выступает против мрачных догматиков. Адское пламя по сравнению с огнем разлуки кажется ему искоркой:
Бели б я знал, что разлука убьет меня злая,
С милой до смерти я жил бы, печали не зная.
Адом пугают... Но перед пожаром разлуки
Адское пламя не больше, чем искра простая.
(Перевод Р. Д. Морана)
***
В напишу письмо тебе – моей царице,
Взамен пера из век я выдерну ресницы.
Я выколю зрачки, чтоб не искать чернил,
Я испишу белки, как белые страницы.
***
Из-за твоих очей, что расплавляют лед,
Из-за твоих речей, что расточают мед.
Из-за твоих волос, что оплели мне душу.
Я твой покорный раб теперь и наперед.
***
Любить, страдать меня ты обрекла навечно,
Я о тебе грущу, ты о другом, конечно.
Пусть будет тот, другой, с тобой бездушен так,
Как ты со мной всегда бездушна, бессердечна.
***
Земля твоей красой, как солнцем, озарилась,
А я тянусь к тебе, где б ты ни находилась.
Так позови меня скорее, сделай милость,
Или приди сама – терпенье истощилось.
***
Я о тебе мечтать могу издалека,
Мечтаю о тебе – уходит прочь тоска.
И хоть печали нет печальнее разлуки,
От мысли о тебе печаль моя легка.
***
Моя любовь тяжка, она горы огромней,
Я сам ее воздвиг, и потому легко мне,
Ты говорила мне: «В разлуке не забудь!»
Коль мне тебя забыть, кого – скажи – мне помнить?
***
Я дал любви обет, чего еще ты хочешь?
Не мил мне белый свет, чего еще ты хочешь?
Ты заставляешь ждать, и я все жду и жду,
Прождал я много лет, чего еще ты хочешь?
***
О ты, чей лик – луна, взгляд горячей огня,
О ты, чье сердце сталь, а печень из кремня,
Коль не найдешь в душе приветливого слова,
Хоть бранью площадной ты помяни меня!
***
Я сердцу говорю: «Любовью не живи,
Тебе, увы, не стать счастливей от любви!»
А есть ли в мире тот, кто знал в любви удачу?
Коль есть, скажи ему: «Судьбу благослови!»
***
Я голосом твоим и взглядом околдован,
Я болен, мне удел печальный уготован.
Мне убежать бы прочь, бежать я не могу:
К тебе косой твоей, как цепью, я прикован.
***
Для пламени любви я вновь добычей стал,
Влюбленный и больной, я грустной притчей стал.
Я слышал о тебе, и хоть тебя не видел,
Я петь и прославлять твое величье стал.
***
Несправедливой ты всегда была со мной,
От льда твоей души я мучился, больной.
Но мысли о тебе мне радость приносили,
Когда вдали от всех я жил тобой одной.
***
Я гурию вдруг увидал пред собой
И вмиг был охвачен любовью слепой.
Любой из живущих желаньем томим —
Изжил я желанья в разлуке тупой.
Быть может, во сне я б увидел тебя,
Но сон от меня удалился с тобой.
Я косы твои вспоминаю всю ночь,
Пока не приходит рассвет голубой.
О, если б ты стала к Бабуру добрей,
Уж очень страдалец обижен судьбой!
***
Меня лишили сердца косы, бровей черненых свод.
Не знаю целый день покоя, а ночью сон нейдёт.
Куда лицо ни обращаю — идет навстречу скорбь,
Куда стопы ни направляю — печаль не отстаёт.
Еще кто в мире столько горя и столько мук терпел,
Так мало радостей изведал, так много знал забот?
Испепелили сердце, душу преобразили в вар
Разлука с этой солнцеликой и тяжких бедствий гнёт.
Свои смертельные страданья ты от людей таи,
Смотри, Бабур: ты горько плачешь, а их лишь смех берет.
***
Вручив ей сердце, я думал: хозяйка ему нашлась.
Не знал я, что этой пери я буду в тягость не раз.
Сто бедствий принес безумцу подобный самшиту стан.
Аллах! Значит, жди несчастий, на путь любви становясь?!
Ее презренье лукавством считал я, но понял вдруг:
Она гнушается мною, над бедным глупцом глумясь.
В любви лишь смерть моя — щит мой, ведь пери сама — палач.
Ее глаза кровожадны, слова убивают вас.
Прелестницы крепко держат сердца влюбленных слепцов,
Найдешь владычицу сердца — и сердце в плену тотчас.
От ветреницы вероломной зачем столько мук терпеть?
Бабур, ведь таких, как эта, красавиц много у нас.
***
Сиянье черное волос — погибель для моей души,
зиянье черное, угроз обитель в гибельной глуши.
Безумья бездна, что для глаз таит несметную красу!..
Все стоны возношу за вас, безумцы, бедные мужи.
Рассыплешь волосы — заметь, как в этой россыпи густой
теряем души, а взамен надежд находим миражи.
А все ж, когда волос волна прихлынет на берег плеча,
Бабур, беды испив сполна, узрит блаженства рубежи...
***
Опять от взора черных глаз душа моя больным-больна,
опять оковы черных кос лишили вольности сполна.
Звучат печалью этих губ ночей и утр имена.
Что сон и радость прочь бегут — ее вина, ее вина.
Чем крепче я привязан к ней — тем отдаленней от нее,
зато, чем выше, тем светлей моя коварная луна.
Уже и цепь ее кудрей душе достаточно длинна...
Благодари беду, Бабур: спасеньем кажется она.
***
Того, кто месяцы и годы скорбит, чей горек путь,
Ни Новый год, ни праздник долгий не веселит ничуть.
Когда ты вынужден из чаши судьбы лишь кровь глотать,
Хоть осуши Джамшида чашу - услады не вернуть.
Не говори мне, собеседник: «Твоя страна», «Твой друг»,
Пойми - мне чужды люди мира, враждебна мира суть.
К чему мне Новый год без милой? Что праздник без тебя?
Мне год любой и месяц - праздник, лишь ты со мною будь!
Когда б рыдал Бабур в разлуке - сложил бы песню мир
На гулких стонов, тихих выдохов, потрясших эту грудь.
***
Душе моей не были в жизни веселье и радость даны;
Не трать на печаль ни минуты, ни часа короткой весны!
Увы, моей жизни монета катилась печали путем,
Мне были разлука, чужбина, удары судьбы суждены.
Извивы кудрей вспоминаю - и пламенных вздохов дымы,
Крутясь, извиваясь, восходят из уст, даже ночью видны.
Покамест красавица эта еще благосклонна ко мне,
Ни с кем не хочу я общаться - зачем мне Адама сыны?
Бабур ото всех отвернулся, к подруге лицо обратив:
Ему в целом мире отныне другие друзья не нужны.
***
Я обезумел от любви, не в силах скрыться никуда,
Среди влюбленных ни один не знал подобного стыда.
Благочестивым подражать пытался в жизни я не раз,
Но лишь безумием своим я в мире славился тогда.
С моей любимой разлучен, лишь кровь я приучился пить,
И мне отрада от вина теперь воистину чужда.
Шейх запретил стихи писать, пока я зрелость не обрел.
С таким незрелым стариком ну просто сущая беда!
***
Гонец мне доставил письмо, и меня воскресил твой листок,
Как будто приказ оживить сумасброда прочел я меж строк.
Без солнца лица твоего и без жемчуга сладостных уст
Из глаз моих слезы бегут - драгоценных жемчужин поток.
Зачем ты укрыла свой стан под волною душистых волос?
Ты пряди свои подбери, чтоб лицом любоваться я мог.
Вдали от пьянящих очей я к вину пристрастился, друзья,
И твердо теперь заучил я дорогу одну - в погребок.
***
Из-за черных кудрей нет мученьям предела опять
Из-за черных бровей жизнь моя потемнела опять.
Я ребенку прелестному сердце вручил, но боюсь:
Разобьет его это дитя неумело опять!
Сто дурных ее дел оглушили, о сердце, тебя,
Что ж теперь от нее ждешь ты доброго дела опять?
Дети камни швыряют в меня - ей нисколько не жаль
И под градом камней я кричу ошалело опять.
Убежать бы Бабуру - но как от нее убежишь?
Из-за черных кудрей кудрей нет мученьям предела опять.
***
Если б я знал, что разлука убьет меня злая,
С милой до смерти я жил бы, печали не знаю.
Адом пугают… Но перед пожаром разлуки
Адское пламя не больше чем искра простая.
Солнце мое и крупицы любви не дало мне,
Хоть я и слезы, как звезды, ронял, не считая.
Если она сто Лейли красотою затмила -
Я ста Меджнунам подобен, от страсти страдая.
Воду живую, о Хызр, ты весьма превозносишь,
Но не волшебней ли винная влага густая?
Если твой стих, о Бабур, слушать царица будет,
Каждое слово жемчужиной станет, блистая.
***
Когда позволишь, о душа, войти мне в благостный твой сад?
Увидимся ли мы с тобой, пройдет ли тягостный разлад?
Подруга, отвори уста - их свежей влаги жажду я,
Глаза открой и посмотри - меня околдовал твой взгляд.
Едва захочешь красотой померяться с моей луной,
О солнце, значит, близок день, когда настанет твой закат!
Ты, голубь, к ней несешь письмо… Что, если к твоему крылу
Я сердце привяжу свое и с ним ты полетишь назад?
Исчез, как призрак, гибкий стан… Подруга, вспомни обо мне!
Бабур настигнет призрак твой и через тысячу преград!
***
Кинжалом пери, соглядатай, меня пугать не смей,
Сочту любой удар любимой удачею своей.
Я родину свою покинул, вокруг тебя кружусь;
Не будь жестокой к чужеземцу, скитальца пожалей.
Когда она, принарядившись, выходит из ворот,
Как сохранить я свой рассудок могу при встрече с ней?
В моей груди стрела застряла, о лекарь, погоди,
Не извлекай ее оттуда, не делай мне больней!
Ни разу не внимала роза твоим стихам, Бабур:
Какое дело гордой розе, что стонет соловей?
***
Как юродивый бьюсь о ворота твои головой,
Чтобы я не ушел, мне дорогу свиданью открой!
Перед станом твоим стал расхваливать стан свой платан,
И садовник сломал, бросил в печь этот ствол молодой.
Ты меня умертвила намереньем встать и уйти,
Ты осталась - и, слава аллаху, я снова живой.
Я вручил тебе сердце, пока ты подругой была,
Мне теперь оно спутником стало, разбито тобой.
Целясь в сердце мое, лук бровей натянули глаза
И готова расстаться ресница-стрела с тетивой.
А когда эти кудри шальной ветерок растрепал,
Душу по ветру бросил и разум развеял я свой.
Горя цепь мне грозит или меч мое горло пронзит -
Но с дороги любви не сниму свой дозор боевой.
Глаз ее - мой убийца, а губы даруют мне жизнь,
О Бабур, весь иссох ты, хоть слезы и льются рекой!
***
Кому владычицы души, подобная моей, досталась,
Тот будет господом храним повсюду - что бы с ним ни сталось.
По улице ее брожу и умоляю: если богом
Забыт не буду, чтоб и здесь хоть памать обо мне осталась.
Когда от милой ухожу - из сердца горе не уходит,
Когда я к милой прихожу - к ней в сердце не приходит жалость.
Зачем я от нее терплю обиды и несправедливость?
Гордячка склонностью к любви ведь никогда не отличалась.
***
Сердце сжалось в бутон, не влечет его дивный цветник,
И сведь роз не раскроется избранный горем тайник.
Не толкуй мне, садовник, о разнообразии роз,
Ни к чему они кровоточащему сердцу, старик!
Стоит мне, разлученному с милой, на розу взглянуть -
Сто шипов мне вонзаются в грудь и немеет язык.
Сотой доли твоей красоты не могли б описать,
Если б даже сто лет восхваляли твой стан и твой лик.
Я шипами разлуки, о роза истерзан вконец,
Нет, с тобой не расстанется больше Бабур ни на миг.
Часть V
Хочу все чаще я беседовать с людьми...
В поэзии Бабура также затронуты вопросы нравственности и духовного совершенства человека. Поэт возвышает человека, относится к нему с великим уважением, высоко ставит человеческое достоинство. Он отвергает то, что противоречит этому. По мнению Бабура, эгоизм, самолюбие, жадность, тщеславие — негодные качества, губящие человека. Поэт дает искренние советы людям. В своих рубаи он говорит о том, как человек должен воспитывать в себе лучшие моральные качества.
Затрагивая эту тему, поэт главное назначение человеческой жизни видит в добре, великодушии, благородстве и честности. Дружбу он считает самой важной стороной человеческого качества и мощной силой в борьбе с врагом.
Говоря о художественном языке произведений Бабура, необходимо отметить его простоту общедоступность, ясность и сжатость. Поэт не любит громких фраз и сложных выражений. Простота языка Бабура способствует ясному восприятию читателями его творений, богатой палитры чувства переживаний.
Бабур призывает избегать бессмысленной болтовни, выражать свои мысли кратко, четко и просто, не употреблять таких слов, которых человек сам не понимает. В частности, он отмечает: «Пиши проще, ясным и чистым слогом: и тебе меньше будет труда и тому, кто читает».
Безусловно, эти строки из «Бабур-наме» свидетельствуют о том, что поэтическое мастерство Бабура оказало глубокое и ощутимое влияние на живописный язык его прозаического произведения, что придало ему большую художественную красоту и всеобщую известность.
Поэтическое мастерство Бабура выражается в художественно-литературном стиле и умелом использовании наиболее выразительных средств родного языка и в творческом воссоздании источников народного творчества.
За свою недолгую жизнь Бабур создал небольшой сборник стихотворений, поэтические произведения «Мубаййан» («Комментированное») и «Рисолаи волидия» («Трактат родительский»), им разработано новое письмо под названием «Хатти Бобурий», он внес известный вклад своими трактатами в изучение аруза (системы стихосложения), рифмы, музыки и военного искусства.
В поэзии Бабур еще более усовершенствовал жанр газели и рубаи. Как прекрасный лирический поэт он сумел выразить все тонкости движений человеческих чувств. Его лирика — это гимн красоте и земной человеческой любви. Хотя его лирическое наследие по объему не очень велико» оно отличается широтой тематики, богатством изобразительных средств и совершенством стихотворных форм. Лирика Бабура включает в себя такие жанры, как газель, рубаи, кытъа, масневи, фард и муамма.
Одна из важных сторон поэзии Бабура состоит в том, что его стихи неразрывно связаны с историческими событиями и явлениями. Бабур смело выступал против пороков общества своего времени, разоблачал их тлетворное влияние. В стихах поэта подвергаются резкой критике недалекие служители религии, фанатичные шейхи и аскеты. Против их неуместных упреков и притязаний он направляет острие своего пера:
Добродетелен или порочен, влюблен или скромен я —
Что за дело тебе-то» аскет? У меня своя воля есть.
(Перевод Р. Д. Морана)
Чтобы по праву носить имя человека, считает поэт, необходимо быть достойным его высшего назначения. Быть правдивым, справедливым, по мнению Бабура, есть главный признак высокой нравственности.
Где-бы ты ни был, будь правдивым и справедливым.
Вспомнят люди: вот такой — ты был счастливым.
(Перевод С. Р. Хасанова)
Следуя традициям Алишера Навои, Бабур в своем творчестве ставит на первый план воспевание настоящего человека, возвеличивает его. Он призывает высоко ценить достоинство человека. По его мнению, интересы простых людей постоянно должны находиться в центре внимания:
Страною правя, чти людей труда,
От них не отделяясь никогда.
Забудь свои пристрастья и обиды,
Внимай их бедам, а не то — беда.
(Перевод А. Наумова)
И в других своих произведениях на морально-этические темы Бабур на основе конкретных событий своей жизни и всего пережитого делает определенные поучительные выводы:
Я слышу снова шум пиров и пьяных драк —
Подлунный мир, увы, походит на кабак.
Не слушайся врага, внимай совету друга,
А друга не поймешь, обрадуется враг.
(Перевод H. И. Гребнева)
В опьяненье всю жизнь пребываешь ты, сердце. Как жаль!
Но отныне, прошу тебя, будь хоть немного трезвей.
Хочешь цели достичь — от беспечного сна- пробудись,
Тот, кто бодрствует больше, — удачливей в жизни своей.
(Перевод Р. Д. Морана)
Когда мы знакомимся с поэтическим наследием поэта, Бабур предстает перед нами во всем величии своего облика, как крупный мастер художественного слова, внесший большой вклад в развитие узбекской литературы.
С. Р. Хасанов
***
Избавился от мира я: мне смертный сон послал творец.
Когда соскучитесь, друзья, я вам приснюсь ваш друг-певец.
Подвижничество, распри, труд – какая это суета!
Какой бы ни была судьба – у жизни есть один конец.
Сей измельчавший, бренный мир, пойми, не стоит наших слез,
Утрату жалких благ земных оплакивает лишь глупец.
О сердце, кто еще в наш век, как я, испытан мерой мук,
И так измучено, как ты, какое из людских сердец?
Ни на мгновенье, о Бабур, не отдыхал ты от людей;
Умру – тогда я, может быть, от них избавлюсь наконец
***
Когда беда пришла, с бедой смириться трудно,
Когда грохочет бой, вина напиться трудно.
Когда не пьешь вина, увы, забыться трудно.
От любящих уйти иль отстраниться трудно.
***
Кто презирает всех, презрения достоин,
Жестокий человек мучения достоин.
Хорошим людям бог хороших даст в друзья,
А кто с другими плох, отмщения достоин.
***
То, что скажу тебе, не блажь, не болтовня,
Внемли моим словам, свою главу склоняя.
То, что скажу тебе, не терпит возраженья,
И ты не возражай, не огорчай меня!
СЕМИНАРЫ-ДИСКУССИИ
СЕМИНАР-ДИСКУССИЯ 1
ПОГОВОРИМ
· Попытки Бабура вернуть наследственные владения государства Темуридов оканчиваются полной неудачей, и Бабур обращает свое внимание на Индию. В чем причина такого неординарного решения? Почему выбор пал на Индию? Можно ли расценивать данный поступок как желание захватить чужие земли?
· Чтобы завоевать симпатию и расположение жителей городов и деревень Индии, Бабур отменил налоги. Достаточно ли отмены налогов для завоевания доверия народа? Если да, то почему, если нет, то тоже почему? Какие еще можно принять меры с целью завоевания успеха, в политическом смысле, у народа?
· Бабур испытывал чувство безмерной любви к своей Родине, и жил надеждой вернуться домой. Что мешало осуществить эту мечту? Почему он вообще оставил Родину, не захотел бороться и добиться своей цели у себя на Родине?
· Центральное место в творчестве Бабура занимает бесценный литературный памятник – его исторический труд «Бабур-наме»: Почему эта книга считается автобиографической? В чем ценность этой работы? В каком жанре освещаются события, рассказанные в этой книге?
ТВОРЧЕСКАЯ РАБОТА
· Найдите и прочитайте информацию о жизни и деятельности Бабура. Составьте по собранной информации Т-схему. Положительные события, отрицательные события.
Докажите ценность произведения Бабур-наме, отмечая важную информацию на ваше усмотрение. Соберите эту информацию в виде тезисного плана.
СЕМИНАР-ДИСКУССИЯ 2
ПОГОВОРИМ
· «Бабур-наме» состоит из трех частей. Каким событиям посвящена каждая часть? С какой целью Бабур столь подробно дает описание не только событий, но и географических и природных особенностей?
· В произведении «Бабур-наме» большое количество информации о литературной среде самого Бабура. В том числе и малоизвестных. Соберите галерею портретов его современников, поэтов, музыкантов, художников. Найдите дополнительную информацию об этих людях, охарактеризуйте их творческую деятельность.
· С большой любовью пишет Бабур о Самарканде и его округах. О каких постройках идет речь? Кому принадлежала идея возведения этих построек? Какое сооружение он отмечает как уникальное, совершенное.
· Бабур подробно описывая Хиндустан, восхищается его природой, сравнивает многообразные черты этой страны со своей родной средней Азией. В чем сходство и различие в сравнительном описании фауны и флоры различных стран? Как описывает Среднюю Азию? Почему, на ваш взгляд, он делает такое описание, вчем проблема?
ТВОРЧЕСКАЯ РАБОТА
· Опишите современный ландшафт Средней Азии. Найдите материал по Индии и проведите своей сравнительный анализ. Подчеркните временные различия, как было тогда, а как сейчас? Постарайтесь нарисовать карту территории.
СЕМИНАР-ДИСКУССИЯ 3
ПОГОВОРИМ
· Изучение исторических первоисточников свидетельствует о том, что староузбекский язык играл заметную роль не только в культурной жизни, но и в отдельных случаях употреблялся как официальный язык. Найдите эпизод, где эта информация является подтверждением этого. Приведите конкретные примеры. Расскажите об этом.
· Творчество Бабура многогранно и весьма богато, личность его многозначна, Бабур был человеком своей эпохи, видным предприимчивым представителем своего класса. Обоснуйте данные утверждение примерами. В чем многогранность его личности? Чем ознаменована эпоха, в которой он жил и творил?
· В Индии Бабур жил надеждой вернуться на родину при любом удобном случае. Как это отражалось в его творчестве? Проскальзывает ли такая надежда в письмах? Найдите такие примеры в его лирике и прозе.
· Что явилось причиной для Бабура, написать сочинение, где были изложены основные нормы мусульманского закона. Как назывались книги, посвященные закону и налоговой системе Средней Азии, Афганистана и Индии. Зачем он написал это сочинение и кому оно было посвящено?
ТВОРЧЕСКАЯ РАБОТА
· Постройте внешний и психологический портрет Бабура как государственного деятеля и литератора.
СЕМИНАР-ДИСКУССИЯ 4
ПОГОВОРИМ
· Самарканд – удивительно благоустроенный город. У этого города есть одна особенность, которая редко встречается в других городах. О какой особенности идет речь? Какая постройка впечатлила Бабура? Расскажите о ней. Приведите примеры.
· Как описывает Бабур климатические и природные условия Самарканда? С каким город он его сравнивает? Можно ли сравнить данные описания с современным Самаркандом? В чем сходство и различие?
· Найдите описание Кабула. Что именно описывает в этой части Бабур? Какое вермя года он описывает наиболее подробно? Почему он это делает? Что нового вы узнали из этого описания, составьте таблицу новой информации.
· Хиндустан – обширная, густонаселенная и плодородная страна. Найдите подтверждение этой информации, распределите ее по тематическим блокам. Скажите, что больше всего вас заинтересовало в новой информации.
ТВОРЧЕСКАЯ РАБОТА
· Найдите дополнительные источники, где описана Индия с ее природно-климатическими условиями и бытовым укладом. Укажите разнообразие этой страны. Опишите современный быт и культуру народов, проживающих в Индии.
СЕМИНАР-ДИСКУССИЯ 5
ПОГОВОРИМ
· В своих газелях и рубаи Бабур поднимает такие проблемы человеческих отношений как любовь, дружба, стремление к прекрасному. Какие строки его газелей и рубаи тому подтверждение. Выучите наизусть несколько строк из его произведений.
· Бабур в своих произведениях возвышает человека, относится к нему с великим уважением, высоко ставит человеческое достоинство. Найдите подтверждение этому тезису в газелях и рубаи Бабура.
· В своих рубаи он говорит о том, как человек должен воспитывать в себе лучшие качества. Найдите эти советы. Можно ли руководствоваться ими в современном мире. Дополните эти советы своими, что бы вы еще добавили к этому.
· Бабур смело выступал против пороков общества своего времени, разоблачал их тлетворные влияние. В его стихах подвергаются резкой критике недалекие служители религии, фанатичные шейхи и аскеты. В каких строках его рубаи и газели мы это видим, приведите точные примеры.
ТВОРЧЕСКАЯ РАБОТА
· Проведите сравнительный анализ творчества Бабура и Навои. В чем сходство и различие. Какая тематика волновала обоих. Приведите конкретные примеры из их творчества.
Содержание
Введение
Часть I.
Захириддин Мухаммад Бабур – выдающийся деятель науки и культуры Востока
Часть II.
Бабур-Наме (Записки Бабура)
Самарканд
Фергана
Хиндустан
Кабул
Часть III.
В своих скитаньях ни на час я радости не знал!
Часть IV.
Любить, страдать навечно…
Часть V.
Хочу все чаще я беседовать с людьми...
СЕМИНАРЫ-ДИСКУССИИ
СЕМИНАР-ДИСКУССИЯ 1
СЕМИНАР-ДИСКУССИЯ 1
СЕМИНАР-ДИСКУССИЯ 1
СЕМИНАР-ДИСКУССИЯ 1
СЕМИНАР-ДИСКУССИЯ 1
Абдуллаева С.Х.
Развитие лучших традиций поэзии Востока в творчестве Захириддина Мухаммада Бабура
Редактор: Юланова Н.Д.
Корректор: Насыров Л.Х.